В Минкультуры Якутии обсудили проект закона об объектах нематериального культурного наследия

В Министерстве культуры и духовного развития РС(Я) состоялся круглый стол, на котором обсудили проект закона «Об объектах нематериального культурного наследия народов Республики Саха (Якутия)».

К этим объектам отнесены языки и диалекты, традиции, обряды и обычаи, традиционные уклады жизни, устное народное творчество, исполнительское искусство, техника и технологии традиционных промыслов и прикладного искусства, якутская литература и литература народов Севера, кинематография, а также связанные с ними материальные проявления.

Как оказалось, правового акта по их защите до сих пор нет, как нет и национального реестра. Здесь привели в пример Казахстан и Киргизию, которые давно и последовательно работают над этим. Заведующий сектором археологии и этнографии Якутского государственного объединенного музея истории и культуры народов Севера Василий Попов порекомендовал сначала «навести порядок у себя, а потом замахиваться на ЮНЕСКО».

Для наведения порядка потребуется явно не одно десятилетие, так как в этом деле, по мнению собравшихся, ни в коем случае нельзя ограничиваться техническими и искусствоведческими исследованиями, а вкупе с ними проводить еще и фольклорные, а также лингвистическую экспертизу.

Экспертиза (не только лингвистическая) проводится, как известно, экспертным советом, которого на сегодняшний день у нас, разумеется, нет – это во-первых. Во-вторых, это дорого.
А будет еще дороже: музыковед Чаянда Скрыбыкина задала на обсуждении вопрос, почему в этом списке нет якутской музыки? В проекте говорится о том, что для включения в сводный реестр объектов нематериального культурного наследия они должны просуществовать не менее 25 лет. Произведения Марка Жиркова и Генриха Литинского этим требованиям отвечают.

Что же до музыкального фольклора, то в Якутии, где все вроде бы так носятся со своим эпическим наследием, до сих пор нет ни одного музыкально расшифрованного олонхо в нотах, в связи с чем Чаянда Кимовна призвала обучить для этого «хотя бы одного специалиста» и расшифровать уже хотя бы «Нюргуна Боотура Стремительного». К тому же стоит вопрос о расшифровке не только якутских музыкальных памятников, но и музыкальных памятников северных народов.
Предложено было включить в будущий реестр еще и национальные виды спорта, детские игрушки.

К слову сказать, Корея и Япония начали работать над своим нематериальным наследием в 1960-х годах, и, по выражению руководителя Центра олонхо по научно-методической деятельности и международному сотрудничеству Агафии Захаровой, «нам до них шагать и шагать». Но начинать тоже когда-то надо.

Фото Марии Васильевой